Зачем психологам копаться в «грязном белье» или лекция про детство

Пакет на головеЕсли не горит желанием посетить семинар, хотя охота послушать, «о чем они говорят» — это начало одной из наших тем.

Лекция про детство

Появившись на свет, ребенок старается понять, как выжить в этом мире. И, соответственно, все, что с ним происходит воспринимается очень серьезно. Взаимоотношение родителей и других детей, рассказы о мире и о ребенке самом, все переживания и опыт буквально впечатывается в его сознание, оставляя глубокий след.

Не зря мы говорим — опыт детства остается в душе на всю оставшуюся жизнь. Даже не просто остается, он продолжает жить своими чувствами (например, страхами), ожиданиями (что оценят, полюбят), мировосприятием. Психологи дали название такому конденсированному опыту детства — «внутренний ребенок». К нему можно относиться по-всякому: можно им пренебрегать, но «истерика» или «бунт» неизбежны, ведь нельзя долго игнорировать ребенка!

Потакать своим детским реакциям, причиняя тем самым вред и неудобство окружающим и их интересам, тоже не вариант. Такие личности обычно очень обаятельны, притягательны, но крайне эгоцентричны, а на серьезные отношения с ними можно и не надеяться.

Так как же найти общий язык со своим «внутренним ребенком»? Достаточно просто учитывать, что он есть. Просто необходимо исследовать «детское», глубинное восприятие себя, личных взаимоотношений, успеха, денег. Очень важно смыслить в основных травмах своего детства, в реакциях и ожиданиях, привычных для ребенка. Зачем? Сейчас расскажу.

Детство — кладезь наших иллюзий и разочарований. Все то, что ребенок не дополучил в детстве от своих родных (любовь, внимание, уважение, заинтересованность, заботу, похвалу), выросший взрослый будет жаждать получить от других людей, которые встречаются ему на пути. Конечно, делать он это будет неосознанно, но будет очень стараться получить желаемое, полагая, что в этом смысл и цель отношений. Но это не так, это сплошная иллюзия. Ведь другие взрослые, аналогично, хотят получить, но никак не дать.

Семейная жизнь — это два «ребенка», живущие под одной крышей и кричащие один другому: «Давай, люби и принимай меня!» А другой ему в ответ возмутительно: «Нет, мне нужнее, люби меня ты!». Отношения кишат недопониманиями и размолвками, и каждый «ребенок» ждет, что первым другой взрослый спохватится и все нормализируется. Все мы свято верим, что другой человек станет нам «родной матерью», т. е. будет заботиться, ценить, любить и понимать, а по факту никто нам ничего не должен и ведет себя, как женщина или мужчина в поисках счастья и в жизни не догадается, чем мы недовольны и огорчены.

Расскажу реальный случай, произошедший на нашем семинаре. Перед процессом, суть которого заключалась в том, что каждый по очереди выступит в роли и родителя, и ребенка, необходимо было найти партнера. И мы наблюдаем следующую картину: к молодому человеку подходит девушка и говорит: «А тебе случайно дочка не нужна?» А он ей на полном серьезе отвечает: «Нет, я мать ищу!»

Та-дам! Это очень четкая и показательная иллюстрация того, почему распадаются большинство браков. Каждый ищет себе маму/папу, но не стремится любить сам, не видит иной причины быть двум людям в отношениях.

Есть еще один момент: если мы взглянем на нашу травму в разрезе (любую с детства), нам проще замечать, когда именно она влияет на наше восприятия и видоизменяет нашу личность. Снаружи травмы не лечатся. Имеется в виду, сколько ни дари любовь и заботу человеку, который твердо уверен в том, что он «никому не нужен», его никак не переубедить в обратном. Начнутся изменения только в том случае, если у человека получится самостоятельно к этому прийти и осознать, что ему проще и привычнее все «видеть» и интерпретировать через знакомую призму. Тогда он, наконец, поймет — он любим, его берегут, им дорожат и заботятся.

Вот и причина, почему психологи возятся с нашим «грязным бельем» — обидами и печалями прошлого. До тех пор, пока из всего этого потока воспоминаний не выстроится некая схема, представление о себе и других. Тогда получится вовремя «поймать ее за хвост», замечать, осознавать эту травму, которая убеждает нас, что «никому нельзя доверять», «я никому не нужен», «как неловко и стыдно», «любить больно» и прочее.

Аналогично у нас есть свое особое виденье родителей, которые кардинально отличаются от тех пожилых людей, которым необходима ваша забота и поддержка или которых, возможно, уже нет в живых. Но мы твердо стоим на своем, доказывая свою правоту, добиваемся поощрения, понимания, признания наших успехов, любви у тех людей из далекого детства, когда они были большими и могущественными, как деревья и непредсказуемыми, как боги, и только от них тогда зависела вся наша жизнь.

Поскольку родители для нас — эталоны всего человечества, то любя и почитая папу, мы учимся любить и уважать мужчин; взаимоотношения с мамой — это схема отношений с женщинами. Мы охотно считаем нормой то, что было обыденным в нашем детстве, даже если на дух не перевариваем эту самую норму! Мы тихо ждем, чтоб так не было, или, по крайней мере, надеемся на это. Как бы там ни было, наши детские отношения с родителями следует трактовать со всем терпением, сочувствием и милосердием, на которое мы способны ради того, чтобы понимать направление вектора наших взрослых отношений. Мы — творцы своей судьбы.

Конец первой части.